Супруги Елена и Георгий состояли в браке длительное время. В период брака военнослужащий Георгий приобрел по жилищному сертификату по договору купли-продажи трехкомнатную квартиру, при этом продавец получил за покупателя денежную сумму от Агентства США по международному развитию. За супругом зарегистрировано право собственности. В квартире зарегистрированы также совершеннолетний сын Е. и Г. Андрей, а после развода супругов – его жена и несовершеннолетние дети. В октябре 2010 г. Георгий снят с регистрационного учета в спорной квартире в связи с переменой места жительства. В ноябре между ним и сыном А. заключен договор дарения квартиры. За А. зарегистрировано право собственности на эту квартиру. Елена обратилась в суд с иском к бывшему супругу и сыну, где просила признать квартиру совместно нажитым имуществом во время брака, произвести её раздел, признав за ней право на ½ доли в праве собственности, признать договор дарения недействительным, применить последствия недействительности сделки.
При этом истец утверждала, что Г. собирался подарить ей и сыну А. по ½ доли спорной квартиры каждому. Однако на момент нотариального оформления сделки у неё не оказалось нужной суммы на оплату государственной пошлины. Через месяц она узнала, что бывший муж подарил всю квартиру сыну.
Какие факты необходимо установить для вынесения правосудного решения? Каким законодательством следует руководствоваться?
Решите дело.
Решение:
В соответствии со ст. 2 СК РФ семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.
Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи — супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.
Оспариваемый договор дарения квартиры заключен в ноябре 2010 г., т. е. тогда, когда Е. и Г. перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями ст. 35 СК РФ, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса РФ.
Согласно п. 1 ст. 253 ГК РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.
В силу п. 2 ст. 253 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.
Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (п. 3 ст. 253 ГК РФ).
Таким образом, совершать сделку по распоряжению общим имуществом может каждый из участников совместной собственности. При этом согласие одних участников совместной собственности на совершение сделки по отчуждению общего имущества другим участником совместной собственности может предусматривать, что такое отчуждение должно осуществляться на определенных условиях.
Если третье лицо было осведомлено о решении участника совместной собственности об отчуждении имущества на определенных условиях, то сделка по распоряжению общим имуществом, совершенная на других условиях, может быть признана недействительной по требованию другого участника общей собственности по мотиву отсутствия у участника, совершившего такую сделку, необходимых полномочий.
В связи с этим при рассмотрении данного дела суду следует установить, выражала ли Е. согласие на отчуждение Г. спорной квартиры сыну А. по договору дарения, и если выражала, то на каких условиях.
Соответственно, в случае наличия такого согласия, данного под условием, суду следовало установить, знал ли и должен ли был знать А. о том, что Е. выражала согласие на распоряжение названной квартирой посредством дарения сыну А. на определенных условиях.
После расторжения брака Г. собирался подарить ей и сыну А. по 1/2 доли спорной квартиры каждому.
Данных о том, что Е. выражала согласие на отчуждение всей квартиры сыну, представлено не было.
Оплата договора купли-продажи указанной квартиры производилась не за счет общих доходов супругов, а за счет средств, выделенных на указанные цели Агентством США по международному развитию. Оснований полагать, что данные средства являлись доходом от деятельности Г. либо средствами, специально выделенными с целью возникновения права собственности не только у Г., но и у его супруги, не имелось.
Тем самым спорное жилое помещение не являлось совместно нажитым имуществом бывших супругов Е. и Г., а являлось личной собственностью Г.
